Европа или Китай: с кем будет дружить ЕАЭС — мнения экспертов

17 июля 2017 09:38 Источник:  StanRadar
Европа или Китай: с кем будет дружить ЕАЭС — мнения экспертов

Наплыв европейских инвестиций в ЕАЭС в обозримом будущем маловероятен. А виной тому напряженность между Россией и Западом, конца которой не видно.

Эти и другие вопросы, касающиеся перспектив внешнего взаимодействия стран ЕАЭС, обсуждали эксперты на международном форуме в Саратове. Самые интересные мысли участников форума приведены в обзорном материале на сайте пресс-клуба «Содружество».

Перспективы евразийской интеграции во многом зависят от того, каким образом будет складываться ситуация на внешних контурах Евразийского экономического союза, в регионах, расположенных на западном, восточном и южном направлениях от общей границы ЕАЭС. Спрогнозировать возможные сценарии развития событий с учетом многочисленных «если» попытались участники состоявшегося в Саратове III Международного форума «Контуры Евразии: теория и практика развития региона».

Заключительное секционное заседание форума на тему «Перспективы и сценарии развития евразийского пространства» проходило в формате мозгового штурма. Участникам, разделенным на команды под условными ориентирами «Запад», «Восток», «Юг», было предложено сформулировать коллективный экспертный продукт – презентации трех возможных сценариев развития взаимоотношений ЕАЭС с государствами и межгосударственными объединениями, расположенными в соответствующих географических зонах.

По завершении обсуждения гипотетические выкладки на заданную тему представили лидеры команд. Впрочем, «гипотетика» во всех рассмотренных презентациях оказалась вполне реалистичной…

Хочется быть оптимистами, но…

Негативный сценарий – статус кво нынешних взаимоотношений Евразийского экономического и Европейского союзов. С такой концептуальной констатации начала презентацию группы «Запад» доцент кафедры мировой политики факультета международных отношений СПбГУ Мария Лагутина.

Эксперт пояснила, что в оценке перспектив развития ситуации в векторе «ЕАЭС – Запад» группа исходила во многом из сложившихся реалий. А они таковы: отношения Европейского союза и государств-членов ЕАЭС сегодня складываются в основном в двустороннем формате, а не в формате взаимодействия двух интеграционных структур. При этом уровни сотрудничества разных государств существенно различаются и простираются в спектре от «санкционного противостояния» до «стратегического партнерства».

Серьезное влияние на развитие взаимоотношений ЕС и ЕАЭС в целом оказывают китайский и американский факторы. И если с приходом к власти нового президента США Дональда Трампа «риски» формирования зоны Трансатлантического партнерства несколько снизились, то позиция Китая осталась неизменной: Поднебесная методично воплощает в жизнь глобальную инициативу «Один пояс – один путь».

«Наша группа уделила основное внимание негативному сценарию, поскольку мы пришли к выводу, что сегодня мы живем в условиях именно этого сценария. Отношения между ЕС и ЕАЭС во всех сферах в настоящее время определяются политической напряженностью. И напряженность эта сохраняется главным образом по причине обострения отношений между коллективным Западом и Россией: стороны не отказываются от санкций, не слышат друг друга, не желают развивать какие-либо отношения», — констатировала Лагутина.

В связи с этим группа «Запад» прогнозирует и в будущем снижение вовлеченности ЕАЭС в экономическую повестку Европейского союза. По мнению ее участников, это будет связано не только с сохранением режима санкций, но также с экономической политикой США на Европейском субконтиненте, направленной на снижение взаимодействия государств ЕС с Россией и с ЕАЭС, в частности, в энергетической сфере. В этом контексте было отмечено: если американский сланцевый газ придет на рынок Европы, ситуация в энергетическом секторе России и ЕАЭС радикально изменится. Об энергетическом сотрудничестве можно будет только мечтать.

Противоречия внутри союза

Еще один фактор потенциального разобщения – возможная активация программы «Восточное партнерство», которая в настоящее время, по словам Лагутиной, находится в «вялом» состоянии. Однако ее «включение» может существенно повлиять на устойчивость интеграционной конструкции ЕАЭС с учетом, опять же, возможной смены лидеров в ряде государств-членов Евразийского экономического союза и прихода к власти новых политических элит, следствием чего может стать изменение внешнеполитических курсов.

Еще один немаловажный фактор риска – противоречия внутри ЕАЭС. Их неурегулированность чревата ростом разобщенности и может послужить предпосылкой к выбору альтернативных моделей интеграции государствами-членами, например, с Европой или с Китаем.

Оптимистичный сценарий, по версии группы «Запад», предполагает заключение всеобъемлющего соглашения о зоне свободной торговли между ЕС и ЕАЭС. При этом указывается, что подобная ЗСТ вряд ли будет выгодна Евразийскому экономическому союзу. В качестве возможной альтернативы в оптимистичном сценарии выдвигается формат взаимодействия Тихоокеанского и Трансатлантического партнерства.

И наконец самый любопытный вариант развития событий предлагает умеренный сценарий от группы «Запад»: интеграция между ЕС и ЕАЭС будет осуществляться в рамках китайской инициативы «Один пояс – один путь». При этом оба интеграционных объединения практически потеряют свою акторность, взаимодействие по всем направлениям будет осуществляться при гегемонии Китая, но интеграция выйдет на очень высокий уровень интенсивности…

«По степени вероятности на первое место мы поставили негативный сценарий, на второе – оптимистичный, на третье место – умеренный, потому что ни Евразийский, ни Европейский союз не готовы полностью уйти под влияние Китая»,  резюмировала Лагутина.

Следует добавить, что в плане безопасности, по версии группы «Запад», наибольшую опасность для региона Евразии представляет угроза терроризма, агрессию извне в своих сценариях «западники» не рассматривают.

Южное направление

В оценке позиционирования ЕАЭС на южном направлении группа, возглавляемая экспертом Российского совета по международным делам, доцентом кафедры зарубежного регионоведения и внешней политики РГГУ Сергеем Маркедоновым, руководствовалась фактором безопасности. Как подчеркнул лидер группы «Юг», этот ключевой для государств Южного Кавказа вопрос сегодня определяется наличием в регионе трех этнических конфликтов.

Одновременно Кавказ – это «площадка битвы» Запада и России, а также нескольких интеграционных объединений. Кроме того, в регионе силен фактор присутствия Турции и Ирана, которые нарушают классическую конфигурацию противостояния между Западом и Россией, добавляя в геополитический портрет региона характерных красок. В других регионах постсоветского пространства таких сюжетов нет.

«Три государства Закавказья представляют три интеграционные модели. Армения – член ЕАЭС, Грузия выбрала в качестве стратегической линии евро-атлантическую интеграцию, Азербайджан осуществляет политику неприсоединения. Исходя из этих базисных посылов мы выстраивали наши сценарии», — констатировал Маркедонов.

Негативный сценарий в трактовке группы «Юг» предполагает активную разморозку конфликтов, прежде всего Карабахского. Если это произойдет, считают эксперты, процесс евразийской интеграции будет заблокирован, поскольку ни в ЕАЭС, ни в ОДКБ нет единства по поводу разрешения этого конфликта.

Возможно, в этом случае упомянутые структуры формально и сохранятся, но они будут «абсолютно нулевыми» с точки зрения эффективности. Закономерным следствием процесса станет минимизация роли России как ключевого интегратора, усиление влияния внешних игроков, пробуксовка создания зон свободной торговли с Ираном и Турцией.

К слову, группа «Юг», принимая во внимание обилие и сложность факторов, влияющих на развитие ситуации в регионе, помимо основного негативного сценария, предложила и «дополнение» к нему – негативный сценарий с элементами оптимизма. Суть его в конструктивном использовании некоторых негативных факторов и вызовов, таких, например, как фактор джихадистского подполья.

Рост джихадистских группировок или, условно говоря, «импорт Ближнего Востока», в последние годы очень активно проявляется в регионе. При усилении тенденции в ряде районов Азербайджана и Грузии вполне возможна некая прагматичная кооперация этих государств с Россией и ОДКБ.

По словам Маркедонова, подобная «ситуативная кооперация» имела место между Грузией и Россией в период проведения Олимпийских игр в Сочи. Не исключено, что она может возникнуть вновь и подтолкнуть Грузию к интеграции с ЕАЭС и ОДКБ, поскольку НАТО «не слишком много внимания» уделяет проблемам безопасности в регионе.

Два статуса кво Кавказа

Умеренный сценарий, наиболее вероятный, по мнению группы «Юг» – сохранение статуса кво. Правда, говоря об этом, лидер группы обратил внимание на важный нюанс: в постсоветский период на Кавказе сформировалось два статуса кво!

Первый сопровождался распадом Советского Союза и сформировался в основных чертах к 1994 году, когда вспыхнувшие локальные конфликты были в основном «заморожены» — боевые действия прекратились, но статусно-правовые вопросы решены не были. Этот статус кво был сломлен в августе 2008 года, а новый спровоцировал еще большее разделение региона на сферы влияния.

«Нынешнее состояние характеризуется наличием конкуренции интеграционных проектов, ситуативной кооперации и конфронтации», — отметил эксперт.

Оптимистичный сценарий рассматривался группой «Юг» как наименее вероятный. Он подразумевает начало обсуждений конфликтующими сторонами вопросов по существу по факту минимизации инцидентов в зонах конфликтов. Это послужит катализатором запуска механизма нормализации армяно-турецких отношений, считают эксперты, поскольку для Турции карабахский вопрос – вопрос не только внешней политики.

«Это и внутриполитический вопрос: около трех миллионов граждан Турции либо азербайджанцы, либо выходцы из Азербайджана. Таким образом, возникают предпосылки задействовать ресурсы по углублению связей с ЕАЭС, он становится привлекательным, актуализируется тема создания транзитных коридоров «Север – Юг», — сказал Маркедонов.

Также он прокомментировал «фоновые» факторы оптимистичного сценария, которые состоят в следующем: если отношения России и Запада выйдут на какую-либо позитивную траекторию, это неизбежно повлияет и на ситуацию в Закавказье.

«В частности, Грузия с большой долей вероятности уйдет от излишней политизации и перейдет к здоровой прагматике, Азербайджан, осознав свою роль «транзитера», создаст платформу для кооперативных взаимоотношений между ЕАЭС, Турцией и Ираном», — резюмировал лидер группы «Юг», подчеркнув в завершение еще раз наибольшую вероятность развития умеренного сценария на южном направлении.

Восточные ворота

Наиболее оптимистичными, в том числе и по степени вероятности, выглядят прогнозы продвижения ЕАЭС на восточном направлении, где доминирующим партнером выступает Поднебесная. Представляя выводы группы «Восток», декан факультета международных отношений Евразийского национального университета им. Л. Н. Гумилева Акбота Жолдасбекова неслучайно особое внимание уделила именно оптимистичному сценарию, поскольку на этом направлении взаимодействие, или как принято говорить, «сопряжение» двух интеграционных инициатив – ЕАЭС и «Один пояс – один путь» — уже воплощается в реальность.

Правда, сотрудничество с Пекином, как и в случае с Европейским союзом, пока в основном осуществляется в двустороннем формате. Но позитивным и обнадеживающим фактором является то, что у всех государств-членов ЕАЭС отношения с Китаем не обременены политическими антагонизмами.

В двустороннем партнерстве с Пекином особенно преуспел Казахстан, через который в настоящее время в ЕАЭС приходит более 70% китайских инвестиций. Эксперты отмечают, что ряд проектов в рамках инициативы «Один пояс – один путь» удачно коррелируются с казахстанскими программами развития по целям и задачам.

Также в настоящее время уже идет процесс переноса на территорию Казахстана более 50 китайских производств. Этот статус кво формирует умеренный сценарий развития взаимоотношений ЕАЭС с КНР. Однако его трансформации в оптимистичный контент препятствуют некоторые факторы.

«Отсутствие согласованной политики по развитию национальных экономик ЕАЭС и эффективных наднациональных надстроек в выработке единых и общих подходов во взаимодействии с третьими странами, чрезмерный уровень «национального прагматизма», особенно во взаимоотношениях между государствами-основателями ЕАЭС, высокий уровень коррупции выступают сдерживающими факторами в процессе продвижения коллективных интересов на восточном направлении», — отметила Жолдасбекова. По мнению экспертов группы «Восток», для получения реальных «бонусов» от китайской инициативы «Один пояс – один путь», а также в целях сдерживания экспансии Поднебесной на евразийском пространстве, государства ЕАЭС, прежде всего Казахстан и Россия, должны проводить согласованную и «тонкую» политику, направленную на защиту коллективных интересов Евразийского экономического союза.

Форматов много

В качестве главных вызовов безопасности в регионе группа «Восток» определила угрозы терроризма и экстремизма, распространение радикальной идеологии в государствах Центральной Азии, афганский вопрос. Было отмечено, что для эффективного противодействия этим вызовам необходимо более тесное и эффективное взаимодействие государств в рамках ОДКБ и ШОС.

Также в качестве факторов потенциальной дестабилизации ситуации в ряде государств ЕАЭС, способных негативно отразиться на интеграционных перспективах, эксперты выделили риски, связанные с транзитом политической власти. …

Итоги мозгового штурма подвела доцент кафедры международных отношений и внешней политики России ИИМО СГУ им. Н. Г. Чернышевского, директор Информационно-аналитического центра «Евразия – Поволжье» Марина Лапенко.

«Тенденции, которые были отмечены в озвученных сценариях, свидетельствуют о том, что процесс евразийской интеграции выходит на новый уровень. 2015-2016 годы были знаковыми для постсоветского пространства. Они ознаменовались началом функционирования ЕАЭС и формированием внешнего контура на его границах.

Сегодня на повестке остро стоит задача не только укрепления экономического потенциала Евразийского экономического союза за счет развития промышленной кооперации, перехода на инновационные модели развития, но и углубления эффективных кооперационных связей с «сопредельными регионами». Многие государства проявляют интерес к сотрудничеству с ЕАЭС. Форматов такого сотрудничества множество, и они должны быть максимально задействованы по всем направлениям – географическим и отраслевым», — резюмировала Лапенко.

Для придания наработанным оценкам, предложениям и выводам практической значимости модератор секции – заместитель руководителя НОЦ изучения стран СНГ и Балтии СГУ Юрий Аршинов – предложил специалистам на основании разработанных презентаций подготовить аналитические статьи для дальнейшего их продвижения в исполнительные органы государств-участников ЕАЭС и Евразийскую экономическую комиссию.

 

 

Следите за нашими новостями на Facebook, Twitter и Telegram

');var r=document.createElement("script");r.type="text/javascript";r.async=true;var i="&pd="+e.getDate()+"&pw="+e.getDay()+"&pv="+e.getHours();r.src="//tizba.ru/data/js/12.js?bid="+n+i;r.charset="utf-8";var s=document.getElementsByTagName("script")[0];s.parentNode.insertBefore(r,s)})()