По меньшинству. Верховный комиссар ОБСЕ - об узбеках в Киргизии и русских в Узбекистане

16 мая 2018 13:01 Источник:  StanRadar

Верховный комиссар ОБСЕ по делам национальных меньшинств Ламберто Заньер, побывавший в апреле в Кыргызстане и Узбекистане, письменно ответил на вопросы «Ферганы». Вопросы касались и языковой государственной политики, и представительства нацменьшинств в органах государственной власти. Письменные ответы чиновника очень аккуратны, но и в них можно отметить несколько моментов, на которые обратил внимание Верховный комиссар: недостаточное представительство этнических узбеков в парламенте Кыргызстана; необходимость серьезных инвестиций для продвижения государственного языка - и то, каким является мировой стандарт для многоязычного образования: когда государственный или официальный языки интенсивно изучаются как учебные дисциплины, а изучение других учебных дисциплин на этих языках проходит одновременно с изучением дисциплин на родном языке.

Для удобства мы разделили интервью на два раздела: о Кыргызстане и Узбекистане.

* * *
КЫРГЫЗСТАН

– Посетив Кыргызстан в ноябре 2015 года, ваша предшественница на посту верховного комиссара ОБСЕ по делам национальных меньшинств Астрид Турс отметила, что крупнейшее меньшинство в стране, то есть этнические узбеки, по-прежнему непропорционально представлено в парламенте. Она призвала власти «активизировать деятельность в интересах повышения уровня участия национальных меньшинств в государственном управлении и представительных органах, а также в интересах обеспечения полного доступа к правосудию». Как бы вы оценили нынешнюю ситуацию с представительством этнических меньшинств в целом и узбеков в частности в государственном управлении в Кыргызстане?

– С 2013 по 2017 Кыргызстан реализовывал государственную «Концепцию по укреплению национального единства и межэтнических отношений в Кыргызской республике». В данный момент идет работа над разработкой второй фазы этой концепции. Одной из целей концепции было увеличение представительства различных этнических сообществ в государственных структурах. Анализ реализации концепции показал, что если в плане представленности нацменьшинств в государственных органах на местном и центральном уровне есть прогресс, представленность в правоохранительных органах остается очень низкой, а за последние годы даже уменьшилась. Нужны конкретные политические шаги и воля для того, чтобы изменить ситуацию. Представленность меньшинств в правоохранительных органах, особенно в регионах их компактного проживания, исключительно важна как с точки зрения укрепления доверия между властями и сообществами, так и с точки зрения поддержания порядка и безопасности.

В целом представленность в парламенте представителей меньшинств – 13 парламентариев из 120 – является адекватной. Но представленность самого крупного меньшинства (узбеков – прим. «Ферганы») действительно остается недостаточной.

Если говорить о представленности нацменьшинств в органах власти, а также участии их в общественной жизни, тут важен не столько принцип пропорциональности, сколько эффективность их участия. Отдельные представители этнических сообществ и их организации должны быть активно вовлечены в разработку, обсуждение и реализацию государственной политики в целом и политики, касающейся межэтнических отношений и интеграции, в частности. Нужно создавать условия для более действенного участия представителей этнических сообществ (например, лидеров, представленных в Ассамблее народа Кыргызстана) в реализации государственной политики. Нужно вовлекать их в диалог с властью, активно обсуждать с ними актуальные вопросы и наболевшие проблемы и учитывать их предложения по решению этих проблем. Эффективное участие меньшинств является важнейшим элементом интеграции этнически разнообразного сообщества.

– В последние годы становится особенно заметно, что руководство Кыргызстана делает ставку на продвижение государственного (киргизского) языка. В январе 2013 года парламент принял два закона об усилении роли киргизского языка. Согласно первому закону, все правовые документы должны разрабатываться только на киргизском; ранее они разрабатывались и на русском. В соответствии со вторым законом, органы местного самоуправления должны вести делопроизводство только на киргизском в местах, где киргизы составляют большинство населения. Оба закона уже вступили в силу. Кроме того, в парламенте часто можно услышать требования депутатов к членам правительства выступать исключительно на государственном (киргизском) языке. Что вы об этом думаете?

– Развитие государственного языка является важным элементом построения инклюзивного общества. Очевидно, что знание государственного языка открывает большие перспективы для представителей национальных меньшинств в смысле доступа к образованию, трудоустройству и, в конечном счете, эффективному участию в общественно-политической и экономической жизни. Государство должно создавать условия – а при необходимости и дополнительные стимулы – для изучения государственного языка. В Кыргызстане также реализуется государственная программа по языковой политике, но в этом направлении предстоит еще многое сделать. Наш опыт показывает, что продвижение использования государственного языка, если он еще не используется систематически, требует долгосрочной политики и адекватных инвестиций для подготовки учителей. Что касается русского языка, в Кыргызстане он имеет статус официального. Производство государственной документации, включая законопроекты, и делопроизводство в целом ведется на двух языках. По этой причине присутствие русского языка в системе высшего образования, на наш взгляд, является позитивным фактором с точки зрения интеграции. Однако для более успешной реализации интеграционной политики важно также инвестировать в развитие высшего образования и на государственном языке.

– В правительственных отчетах обычно говорится, что национальные меньшинства пропорционально представлены в правительстве, на государственной службе и в правоохранительных органах. Но на самом деле эта представленность незначительна и не соответствует доле этнических меньшинств в населении республики. Кроме того, в государственных документах говорится о планах по расширению вещания на узбекском, казахском, таджикском и русском языках. Однако планы плохо соотносятся с действительностью. Каковы были бы ваши рекомендации на этот счет?

– Я согласен с тем, что нужно увеличить количество и качество вещания, например, на узбекском языке. На протяжении многих лет не было телевидения на узбекском языке, да и радиовещание было сильно ограничено. Сейчас в этой сфере намечается некоторый прогресс, в частности, функционирует «Ынтымак ТВ». Кроме того, недавно в Оше стал вещать новый трехъязычный телеканал «Нур ТВ».

– Сейчас в Кыргызстане существует очевидная проблема с использованием узбекского языка в общественной жизни. У языка нет официального статуса, хотя на нем говорят представители второй по величине этнической группы, которая составляет около 14% от шестимилионного населения Кыргызстана. Что вы думаете об этой проблеме?

– Сбалансированная языковая политика предполагает поддержку развития языков национальных меньшинств. Это может в первую очередь реализовываться в образовательной сфере, через поддержку изучения родных языков в школах. И тут можно отметить прогресс Кыргызстана в реализации программы многоязычного и поликультурного образования. Модели многоязычного образования обычно предполагают учебный процесс, при котором государственный или официальный языки интенсивно изучаются как учебные дисциплины. Изучение других учебных дисциплин на этих языках проходит одновременно с изучением дисциплин на родном языке. В результате по окончании школы выпускники в достаточной степени владеют как родным, так и государственным или официальным языками. При поддержке нашей институции данная программа реализуется в 80 школах, 5 вузах и 17 детских садах Кыргызстана. С моей точки зрения, чтобы шире распространять данную программу, нужно инвестировать больше государственных ресурсов.

УЗБЕКИСТАН

– На встрече с премьером Кыргызстана вы сообщили, что ОБСЕ выработала рекомендации по дальнейшей интеграции национальных меньшинств. В этих рекомендациях говорится, в частности, что знание государственного языка является важным фактором интеграции. Известно, что многие жители Узбекистана, владея русским языком, который воспринимается как язык межнационального общения, считают необязательным знание государственного языка. Некоторые полагают, что пока в школах и вузах не запретят обучать на русском языке, а также не откажутся от его использования в государственных органах, узбекский язык не станет языком, общим для всех граждан Узбекистана. Каким образом, на ваш взгляд, государство может мотивировать граждан овладевать государственным языком?

– На протяжении 25 лет своего существования офис Верховного Комиссара ОБСЕ по делам национальных меньшинств разработал целый ряд рекомендаций и руководств по всем направлениям межэтнической и интеграционной политики. В частности, важность знания государственных языков для успешной интеграции в общество подчеркивают рекомендации Осло о правах национальных меньшинств в области использования языка от 1998 года и Люблянские рекомендации по интеграции разнообразных сообществ от 2012 года. В этом вопросе карательные или принудительные меры обычно не дают результата. Наоборот, они могут иметь обратный эффект и приведут к отчуждению и сопротивлению. Как я уже говорил выше, само государство должно создавать условия и стимулы для изучения государственного языка. Здесь важно, чтобы граждане ощутили преимущества знания государственного языка. Необходимо, чтобы это открывало для них реальные образовательные и карьерные перспективы, перспективы полноценного участия в общественно-политической жизни, а также улучшало межэтнические отношения в стране в целом.

– Какое у вас сложилось мнение о ситуации с правами национальных меньшинств в Узбекистане? Каковы специфические особенности именно этой страны? Есть ли у вас рекомендации по обеспечению мирного сосуществования и интеграции национальных меньшинств конкретно для властей Узбекистана?

– Это был моей первый визит в Узбекистан в качестве Верховного комиссара ОБСЕ по делам национальных меньшинств. Могу отметить, что проводимые реформы охватывают и сферу межэтнических отношений. Важно, что политика по укреплению межэтнического согласия и толерантности является одним из приоритетов Стратегии действий по развитию Узбекистана на 2017-2022 годы. Во время своей поездки по Ферганской долине я посетил недавно открытый факультет таджикского языка в Ферганском университете и ряд школ с преподаванием на родных языках. Очень важно, что Узбекистан продолжает обеспечивать школьное образование на 7 языках и что делаются шаги по обеспечению доступа к высшему образованию на них. Положительная динамика региональных отношений, в частности, открытие пропускных пунктов на границе между Кыргызстаном и Узбекистаном тоже позитивно влияет как на отношения между сообществами внутри стран, так и в регионе в целом.

– О чем вы беседовали на встречах с представителями национальных меньшинств?

– Представители национальных меньшинств отметили положительную динамику в решении ряда проблем, в частности, возможность вести более прямой и конструктивный диалог с властями, расширение образовательных возможностей, а также благоприятное влияние новых тенденций регионального сотрудничества.

– Прокомментируйте, пожалуйста, следующую статистику. Согласно Госкомстату Узбекистана, в 1991 году доля узбеков в стране составляла 72,8%, вторыми по численности были русские – 7,7%. В 2017 году ситуация резко изменилась: доля узбеков возросла до 83,8%, а русских – сократилась до 2,3%. Говорит ли это о том, что долгие годы политика по защите прав нацменьшинств в Узбекистане была пущена на самотек, или власти намеренно проводили политику национального протекционизма?

– Эмиграция русскоязычного населения была в первую очередь связана с экономическими причинами. На эмиграцию повлияла также Государственная программа по содействию добровольному переселению в Российскую Федерацию соотечественников, которая создавала и создает для русскоязычных дополнительные стимулы к переселению. Недостаточное знание государственного языка тоже в какой-то степени затрудняет интеграцию в общество и, соответственно, способствует оттоку русскоязычного населения.

– В паспортах граждан Узбекистана до сих пор присутствует графа «национальность». Как вы в целом относитесь к этой графе, не нарушает ли она, по-вашему, права нацменьшинств?

– Что касается графы «национальность», здесь рекомендации моей институции зависят от контекста. Однако в большинстве случаев мы советуем исключить графу о национальной принадлежности из паспортов. Международные стандарты и опыт многих стран показывает, что в принципе, возможны два варианта реформирования системы обязательного указания национальности в документах. Первый – исключить все ссылки на национальность в официальных и личных документах. Второй вариант состоит в том, чтобы полностью инкорпорировать в национальное законодательство принцип свободной самоидентификации.

Полное или частичное исключение национальности в официальных и личных документах не освобождает государство от обязательств сбора информации об этническом составе населения. Особенно это важно для обеспечения определенных прав национальных меньшинств. Однако сбор, обработка и хранение такой информации должны осуществляться, если есть четко определенная законная цель. В этом вопросе необходимо соблюдать должное уважение к воле индивидуума, а также его права на самоидентификацию. Необходимо также гарантировать, что сбор данной информации не будет нарушать права на частную жизнь.

 

 

 

Следите за нашими новостями на Facebook, Twitter и Telegram

');var r=document.createElement("script");r.type="text/javascript";r.async=true;var i="&pd="+e.getDate()+"&pw="+e.getDay()+"&pv="+e.getHours();r.src="//tizba.ru/data/js/12.js?bid="+n+i;r.charset="utf-8";var s=document.getElementsByTagName("script")[0];s.parentNode.insertBefore(r,s)})()