О чем говорят кыргызстанцы, вернувшись с того света, — реаниматолог из КР

07 ноября 2019 18:37 Источник:  sputnik.kg

Страницу Айназик Кадыралиевой в Facebook невозможно смотреть без смеха. Там и вечные шутки про врачебные зарплаты, и стакан с монетками — так девушка "копит" на силиконовую грудь. Впрочем, профессия у нее одна из самых важных на свете: Айназик — кардиореаниматолог столичной скорой помощи.

— Давайте сразу задам один очень важный вопрос: что говорят люди, когда вы вытаскиваете их с того света?

— Я тоже всегда спрашиваю, что они там видели. Интересно же! Но вынуждена вас расстроить: никакого света в конце тоннеля там нет. Ни разу не слышала, чтобы люди видели нечто подобное.

— Мне очень нравится ваша страничка в Facebook. Особенно запомнилась фотография с дежурства, под которой вы признаетесь, что от вас плохо пахнет после осмотра бездомных.

— Ну да, люди просят сделать селфи во время смены, а когда этим заниматься? Ты вечно уставшая, взмыленная, от тебя "прекрасно" пахнет. Такая работа не для брезгливых, а с бездомными особенно тяжело. К примеру, на днях надо было осмотреть такого пациента, к нам тут же подошли около десяти его "благородных" друзей и стали на меня орать: мол, я делаю не то и не так. Пришлось на них прикрикнуть, я этого не скрываю.

Или другой пример: недавно пришлось оказывать помощь заключенному с острой кишечной инфекцией. Его состояние было крайне тяжелым, он ходил под себя. Ну ничего, сделали свою работу, отвезли его в больницу.

За шесть лет я поняла простую вещь: чем сильнее ты брезгуешь, тем больше бяки к тебе прилипает. Зараза к заразе не пристает, так что у меня иммунитет ко всему. Кроме того, нас вакцинируют, а еще дважды в год я пью лекарства от гельминтов. Это нормальная ситуация.

— Но ведь вам приходится и с кровью работать, а это еще опаснее! Например, от ВИЧ нет никакой вакцины.

— Когда у человека после ДТП оскольчатые раны, ты можешь хоть две пары перчаток надеть — в любом случае есть риск самой пораниться. Но не могу же я в стороне стоять: "О, у тебя тут оскольчатая рана, я тебя трогать не буду, а не то подцеплю чего-нибудь". Когда ты ходишь по крови и сама с ног до головы в ней, у тебя в голове совершенно другие мысли.

— Поговорим о вас. Вы ведь родом из Алая. Тяжело было перебираться в Бишкек?

— Да, я переехала сюда в 2007 году, когда поступила в КГМА. Конечно, приходилось выживать, но я не ныла. У алайских вообще жесткий характер. Один год я даже прожила в общежитии.

— Там действительно так ужасно, как рассказывают некоторые?

— Да нет, в общежитии Медакадемии вполне сносные условия. Тараканов там не было. Единственное, что напрягало, — общий душ. Меня невероятно бесило, что можно помыться только в определенные дни! Например, в понедельник и среду и лишь с 8 до 10 вечера. Особенно неприятно было в жаркие дни, так что на лето я переезжала к сестре.

— Помните свое первое дежурство в больнице?

— Да, я очень хорошо его запомнила, особенно ночь. Мы ужинали, болтали… Неожиданно один за другим стали прибывать пациенты. Их было несметное количество, в больнице начался хаос. Так прошел первый день трагических июньских событий (межэтнические столкновения на юге КР в 2010 году. — Ред.).

Привозили очень много раненых. В основном раны были несерьезные, большинство людей пострадали от дробовиков. Нам пришлось всю ночь вытаскивать эти маленькие пульки.

— А помните ли вы первого человека, которого не сумели спасти?

— Конечно. Это было очень давно, в те времена нам ужасно не хватало врачей. Мы не успевали реагировать на все вызовы и приезжали к пациентам с сильнейшим опозданием. В то утро я приехала на вызов, но было уже поздно: человек умер. Мы едем дальше и опять не успеваем: еще одна смерть. Следующий вызов — снова не успели… Так до полудня мы потеряли трех человек.

На душе было очень тяжело. Помню, как мы вышли из машины, чтобы 10 минут посидеть и успокоиться. Потом нужно было взять себя в руки и спасать других. Ну а что, ждать, пока четвертый умрет?

— Не могу не спросить: какой случай вам больше всего запомнился?

— Однажды мы выехали на аварию. Молодые люди на машине пытались скрыться от инспекторов, не справились с управлением и врезались в заправку — как раз в то место, где хранится топливо. К счастью, автомобиль не загорелся, но он был разбит в лепешку.

Увиденное на месте ДТП повергло меня в шок. Во-первых, потому что в маленькой машине сидели восемь человек: семь парней и девушка! Как они только умудрились туда поместиться?! Во-вторых, ни у одного из них не было ничего серьезного! Максимум — сломанная нога, но при такой аварии это мелочи. Им просто невероятно повезло, а такое бывает не со всеми. Не испытывайте судьбу, соблюдайте Правила дорожного движения.

— Как-то моей бабушке стало плохо, и мы вызвали скорую помощь. Врач сказала, что нужно срочно госпитализировать. Мы ездили от одной больницы к другой, и везде доктора говорили: "Это не наш профиль, везите куда-нибудь еще". Была сложная ситуация: "скорая" не может просто отвезти бабушку домой, а врачи не принимают ее. К счастью, тогда нам удалось устроить ее в больницу по знакомству, но разве это нормально?

— Раньше я дралась с врачами, если они не принимали человека. Угрожала, снимала их на видео. Теперь стала намного спокойнее: они меня уже знают и понимают, что просто так кататься по городу я не буду.

Бывает, что человеку плохо, но его болезнь легко лечится в условиях поликлиники. В этом случае я пытаюсь объяснить пациенту, что нужно делать. Хотя, по идее, "скорая" не должна консультировать, но кто даст гарантии, что бабушка сможет дойти до этой самой поликлиники?

— Сейчас город загружен транспортом. Часто ли "скорая" не успевает к пациенту, потому что какой-нибудь дурак не желает уступать ей дорогу?

— За шесть лет моей работы ситуация сильно изменилась в лучшую сторону. Люди стали более сознательными. Бывают ситуации, когда счет идет на секунды. Например, если у человека анафилактический шок или он попал в серьезное ДТП. Проблема в том, что машин на улицах так много, что даже если водитель захочет уступить дорогу, он скорее всего не сможет этого сделать.

— Вы ведь не только врач скорой помощи, у вас есть и другая работа. Как вы все успеваете?

— Моя зарплата на "скорой"  — 9,5 тысячи сомов, а квартиру я снимаю за 12 тысяч, оплачиваю коммунальные услуги, ем, одеваюсь... Есть еще вопросы?

— Когда вы последний раз спали?

— Вчера мне удалось поспать два часа. Для меня пятичасовой сон — роскошь. Но не думайте, что я в чем-то себя ущемляю, у меня прекрасная полноценная жизнь. Да, мне нужно отработать 160 часов в месяц на "скорой", и при этом никто не отменял восьмичасовой рабочий день на другой работе, но у меня хватает времени регулярно заниматься фитнесом. Кроме того, каждый раз после трехчасовой тренировки я прихожу домой и готовлю себе спортивное питание на три дня вперед.

— Зачем вам работа на "скорой"? Это ведь выматывающий, неблагодарный труд.

— Там трудятся только два типа людей: те, кому надо перекантоваться, и такие же неадекватные, как я. Я много раз оттуда уходила и все равно возвращалась. Просто это мое.

— Многие врачи уезжают за границу: в большинстве стран мира на зарплату врача можно не только выживать, но и очень даже роскошно жить. Почему вы не уезжаете?

— Да, меня звали в Китай и Россию, причем предлагали очень хорошие деньги. В Москве мне бы платили 120 тысяч рублей плюс бесплатные обеды и оплата проезда. В Китае обещали еще больше — 3 тысячи долларов и переводчика. Я поразмышляла денек и поняла, что не хочу никуда уезжать. Хотя, в принципе, в Кыргызстане меня ничего не держит, кроме ощущения того, что я живу на родине.

— Говорят, что хорошего врача прокормят пациенты. Это так?

— Для "скорой" это совсем неактуально, особенно для меня. Большинство моих пациенток — старушки с больным сердцем. Кто мне должен платить? Бабушка, которая живет так бедно, что мне самой хочется для нее булку хлеба купить? Или парень, которого только что вытащили из искореженной машины?

— На вас родственники не давят? Мол, надо мужа искать, а вы круглосуточно на работе.

— Родители не против, чтобы я работала. Когда я училась, они мне каждый день звонили со словами: "Ты должна учиться. Не вздумай выходить замуж". Пару лет назад у них была истерика, что мне 28 лет, а я еще не замужем. Сейчас они уже отчаялись (смеется).

— Я как-то ездила с врачами скорой помощи и точно знаю, что большинство пациентов — это пенсионеры, которым стало скучно. Вас не злит, что приходится тратить время на обычные разговоры?

— У меня другое отношение к этому. Может, у человека был приступ панической атаки. Стоит просто поговорить с ним, и ему станет лучше. Разве это плохо? Да, старушки действительно звонят нам, потому что им скучно. Я всегда отношусь к ним как к обычным пациентам, разговариваю: "Как вы, бабушка? А внуки где? А дедушка?". Если им не помочь, то от стресса действительно может случиться сердечный приступ.

— Напоследок расскажите про ваши врачебные приметы.

— Мы всегда тщательно купаемся перед сменой. Если плохо вымылся, смена будет тяжелой. Иногда, когда на работе завал, в шутку спрашиваем друг друга: "Так, кто не купался?". Есть еще одна примета: если при первом вызове пациентом оказывается женщина, значит, работы будет много. Если же мужчина — смена пройдет легко.

Омурбек Садыков тоже совмещает работу врачом и бизнес. Обязательно почитайте интервью с ним!